50-й выпуск журнала „Диалог со временем“

Вернуться на главную страницу журнала
Загрузить PDF(PDF)-версию 50-го выпуска
Номер выпуска: 50
Год выпуска: 2015
Страниц: 400
ISSN: 2073-7564

Содержание выпуска


    ИСТОРИЯ И ТЕОРИЯ


  1. история, социальные науки, гуманитарные науки, теория, метод, символический интеракционизм, культурная интерпретация
    Задача статьи – показать, как происходила трансформация истории в социальную науку и в чем история по-прежнему остается наукой гуманитарной. Двуликость истории, ее не только формальная, но и фактическая принадлежность к двум кластерам наук о человеке, проблематизируется как конфликт между теорией и методом в случаях, когда историки используют теории социальных наук. Хотя историки необыкновенно активно обращаются к социальным наукам, они обычно не могут использовать многие средства и приемы исследования, составляющие инструментарий той или иной теории, на которые опираются социологи, психологи или антропологи – психометрическое тестирование, социометрический мониторинг, этнографическое описание, глубинные интервью, long-term observation и др. Как же в этом случае выбирать путь исследования? И что происходит, если историк опирается на теорию, разработанную для другой дисциплины, которая предполагает совсем иные возможности для работы с объектами в настоящем? Для ответа на этот вопрос анализируются примеры из разных исторических субдисциплин.
  2. мировая история, глобальная история, процесс цивилизации, информализация, реформализация, истеблишмент, ориентализм, субалтерн, ментальные карты
    В статье анализируется динамика развития макроистории в 1990–2010 гг. Сопоставляются ранние и более поздние работы крупнейших историков, работающих в этой области. Показано, что в макроистории произошло два серьезных сдвига – сначала от универсализма и европоцентризма в сторону постколониальной критики, а затем – к новому европоцентризму, к пренебрежению достижениями постколониальной критики. Показано, что эти изменения связаны с «процессом цивили-зации», как его понимают социологи школы Норберта Элиаса, с переходом от эпохи информализации 1960–1970-х гг. к эпохе реформализации 1980–2010-х гг. Современная мировая и глобальная история сильно отличаются от всеобщей истории середины ХХ в., хотя зарождавшийся диалог редуцирован к сравнению сильнейших глобальных центров, например, Запада и Китая.
  3. историография, методология истории, историческая память
    В статье охарактеризованы основные направления изучения исторической памяти в современной отечественной науке. Автор выявляет, как отечественные исследователи трактуют социальную природу памяти, какие сообщества рассматриваются в качестве субъекта исторической памяти. Выделены основные группы источников, используемых в работах по исторической памяти, а также методы, которые применяются для их анализа. Рассмотрено, как трактуются в современных российских исследованиях проблемы структуры, содержания и «стратегий» исторической памяти. Научные труды, выполненные в русле «историографии памяти», интерпретируются как вклад ученого сообщества в социально значимую «работу над прошлым».
  4. история эмоций, аффективный поворот, общественные представления, эмотив
    Статья посвящена полемике об «эмоциональном» и «аффективном» повороте в современных гуманитарных исследованиях. Работы ведущих исследователей данного направления – Т. Диксона, П. Стернса, М. Нуссбаум, У. Редди, Б. Массуми и др. – представляют интерес не только сами по себе, но и как попытка преодолеть противопоставление эмоций и рационального мышления путем проработки конкретных социальных и психосоматических механизмов их взаимосвязи. Актуальность такого диалога представляется несомненной как для обновления терминологического и концептуального аппарата истории ментальностей, так и для укрепления общественного интереса к истории в целом. Кроме того, история эмоций и «аффективный поворот» наглядно демонстрируют историчность (и потому неизбежную ограниченность) психологических теорий личности XIX–XX вв. и пытаются обозначить перспективы их развития.
  5. история понятий, методология истории; история общественной мысли; Р. Козеллек, К. Скиннер, история России
    В статье рассматриваются методологические основания истории понятий в контексте решения проблемы адекватного понимания прошлого, зафиксированного в текстах исторических источников. Проведен анализ основных проблемно-тематических направлений в современной историографии, в рамках которых исследователи обращаются к методологии истории понятий. На основе интеграции основных положений немецкой и англосаксонской школы «истории понятий», автором предложены принципы проведения конкретно-исторических исследований по истории России.

  6. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ СЕГОДНЯ


  7. теории, разделение, мир, комментарий, элементы, Платон, платоники, Макробий
    В статье обсуждаются теории платоников относительно деления мира, изложенные в Макробиевом «Комментарии на ‘Сон Сципиона’» (V в.). Анализируется учение первой группы платоников, разделявших космос на две части: неизменяемую (и «действующую») часть, простирающуюся от сферы неподвижных звезд (Апланес) до сферы Луны, и изменяемую («претерпевающую»), распространяющуюся от Луны («эфирной Земли») до собственно Земли. Разбирается космография второй группы платоников («пифагорейцы»), деливших мир на три четверки элементов. Первая четверка: земля, вода, воздух, огонь. Вторая четверка (элементы более чистой природы): луна (земля), сфера Меркурия (вода), сфера Венеры (воздух), солнце (огонь). Третья четверка элементов (в обратном порядке): Апланес (земля, Елисейские поля), сфера Сатурна (вода), сфера Юпитера (воздух), сфера Марса (огонь). Рассматривается учение третьей группы платоников, представляющих космос как двухчастную структуру, первая часть которой – небо (неподвижная сфера, Апланес), а вторая часть – семь сфер «блуждающих» планет и Земля. Применительно к изложенным теориям обсуждается вопрос о локализации преисподней и «смертях» индивидуальной души, ниспадающей в земное тело. Отмечаются источники Макробия: Оккел из Лукании, Филолай, Плутарх, Плотин, Порфирий. Применяется метод релевантных контекстов.
  8. Рыцарский суд, дуэль, диффамация, цивилисты, цивильное право, раннестюартовская Англия
    В статье рассматривается влияние правовых идей, развиваемых английскими цивилистами, на процесс реставрации в раннестюартовской Англии Рыцарского суда. Продолжительная дискуссия о дуэли демонстрировала не только то, как менялись акценты в традиционных представлениях о чести и служении знатной персоны, но и то, какие механизмы представлялись адекватными для регулирования конфликтов. Восстановление Суда чести акцентировало внимание на патриархальных и феодальных аспектах монархической власти. В результате монарх получил возможность явить себя в качестве творца и главы корпорации знати, гаранта корпоративной чести и границ знатного сообщества, блюстителя нормативных практик английской nobilitas.
  9. Российская империя, университет, ученые степени, медицинская профессия, история науки, история образования
    В XVIII в. историки обнаруживают деятельность довольно аморфной группы медицинских чиновников, а уже во второй половине XIX века исследователи фиксируют активное участие медицинской профессии в осуществлении социального контроля и феномен медикализации политического дискурса. Между этими исследовательскими полями остался временной зазор первой половины XIX века, в котором, по всей видимости, происходила трансформация врачебного сословия в профессию. Данная статья посвящена выявлению одного из механизмов этого процесса – оцениванию знаний соискателей звания штаблекаря и доктора меди-цины. На основе аттестационных дел из архивов Московского и Казанского университетов прослеживаются рождение и эволюция жанра диссертационной рецензии, а также история конвенций относительно объема и характера знаний ученого врача. Выявление форм участия в этом министерских чиновников позволяет судить о том, как заключалось регулятивное соглашение между государством и профессиональной элитой, как происходило складывание в России государствен-ности нового типа – модерного социального государства.
  10. Рекрутский Устав 1831 г., военно-врачебная экспертиза, телесность, норма, клинический подход, медикализация, биовласть
    Рекрутский Устав (1831 г.) интересен тем, что показывает роль права в становлении биовласти. Определение годности рекрутов к прохождению военной службы происходило в ходе медицинского осмотра – непривычной для людей того времени телесной практики. Военно-врачебная экспертиза стала механизмом «присвоения» государством тела человека вплоть до направления его на принудительное лечение и проведения принудительного оперативного вмешательства. Медикализация усиливала режим культурного доминирования ученых медиков над народом. Участие врачей в социально-государственном контроле над населением осу-ществлялось с помощью клинического подхода, определявшего, насколько рекрут соответствует общим нормам.
  11. диссертация, диссертационная история, диссертационный диспут, А.С. Лаппо-Данилевский, Ф. Бродель, С.М. Соловьев, В.О. Ключевский, экспертные оценки, история историографии, событие в науке, научное наследие, университетское сообщество, классики в науке, академическая память
    В поле зрения автора – диссертационные истории ученых-историков XIX века, представленные в качестве научных феноменов. Предлагается рассмотреть их интеллектуальную природу как фактов-событий истории историографии. Ставя вопрос, является ли та или иная диссертация и ее защита событием в науке, автор опирается на методологические идеи А.С. Лаппо-Данилевского и Ф. Броделя. Подвергая реконструкции научные судьбы магистерских диссертаций С.М. Соловьева и В.О. Ключевского, автор пытается создать историко-историографический контекст экспертных оценок их трудов, оставленных как историками-современниками, так и последующими поколениями представителей исторической науки.

  12. ИСТОРИЯ И ЛИЧНОСТЬ


  13. история идей, 200-летний юбилей Шевченко, антропоцентризм, культурные коды, диалог народов, национальная самокритика
    Анализируется феномен ширящихся рецепций и интерпретаций творчества Тараса Шевченко в исторической ретроспективе и перспективе, обосновывается гипотеза пяти их кругов – всеукраинского, восточнославянского, всеславянского, общеев-ропейского и глобального. Первый был ориентирован на консолидацию украинской нации, в анализе второго отмечается соотношение украинской и русской культур на началах комплементарности, в рамках третьего рассматриваются моменты чехофильства и полонофобства – при дружественных отношениях Шевченко с поляками. Наиболее полно изложенный четвертый круг фиксирует ширящееся внимание к творчеству поэта в общеевропейском, а пятый – в глобальном масштабе. Рассматриваются особенности проведения 200-летнего юбилея поэта в разных странах и связанные с этим идеи о его месте в истории культуры.
  14. Новикова Ольга Алексеевна, славянофильство, Россия, Англия, Лондон, русофобия, «восточный вопрос», Уильям Гладстон, Уильям Томас Стед
    Статья продолжает серию публикаций автора, посвященных жизни и творчеству забытых российских дореволюционных англоведов – ученых и публицистов. В фо-кусе исследовательского интереса личность незаурядной женщины – Ольги Алексеевны Новиковой (1840–1925), практически постоянно с 1875 г. проживавшей в Лондоне, имевшей там популярный в интеллектуальных кругах салон и быстро приобретшей у английской публики репутацию «негласной представительницы России», у политических оппонентов – «члена парламента от России» (Б. Дизраэли), у открытых недругов – «неофициального агента русского правительства в Лондоне» (К. Маркс) и даже – «платного агента русского царизма» (Ф. Энгельс). Показана роль О.А. Новиковой в противодействии русофобским настроениям в Лондоне, в нейтрализации угрозы для России со стороны одной из могущественных стран-соперниц и в улучшении имиджа самой России в Англии. Ее успех в продвижении российских интересов в Англии во многом был предопределен ее личным влиянием на У. Гладстона. Как представительница «слабого пола», не занимая никаких официальных постов в соответствии с устоявшимся паттерном в отношении женщин, самим фактом своего существования и своей способностью привлекать к себе лучшие умы времени Ольга Новикова бросала вызов традиционным представлениям о невозможности для женщин влиять на политическую мысль и практику.
  15. Степан Федорович Фортунатов, историография всеобщей истории, Московский университет, Высшие женские курсы, интеллектуальная жизнь Москвы на рубеже XIX–XX вв
    В статье впервые дана характеристика жизненного пути и научно-педагогической деятельности малоизученного российского историка Степана Федоровича Фортуна-това (1850–1918). Предпринята попытка определить его место в социокультурном пространстве России рубежа XIX-XX вв.
  16. Приютинское братство, Ф.Ф. Ольденбург, Н.Ф. Ольденбург, художественное воспитание
    Автор размышляет об интеллектуальном кружке Приютинское братство, основные принципы жизненного поведения которого не пропали с уходом из жизни его создателей. На основе документальных материалов, переписки, мемуаров и рассказов тех, кто знал семьи Ольденбургов, Корниловых, Старынкевичей, воссоздается биография Натальи Фёдоровны Ольденбург (1893–1942).

  17. В МИРЕ СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ ИСТОРИИ


  18. жизнь, смерть, бессмертие, суицид, мировоззрение, ментальность
    Автор предлагает рассмотреть феномен суицида как ментальную конструкцию, оказывающую серьезное влияние на мировоззрение и формирование социокультурного облика исторической эпохи. Смыслообразующим фактором суицида полагается смысл жизни и отношение к смерти. Для этого в статье выделяются определенные константы, которые, с точки зрения автора, являются истинными причинами суицидального поведения и проявляются в коллективной ментальности. Показано, что современные подходы к изучению самоубийств носят лишь поверхностный характер и не затрагивают сути самого явления.
  19. «Спор о женщинах», трансвестизм, Монтень, Ф. Бэкон, Гурне
    В статье рассматриваются литературные произведения конца XVI – начала XVII в., относящиеся к «Спору о женщинах» и вышедшие в свет в разных европейских странах в этот период. Дается описание раннего этапа «Спора», приводятся основные произведения, относящиеся к нему, начиная с «Пятнадцати радостей брака» и сочинений Кристины Пизанской. Анализируются аргументы защитников и противников женщин (библейские, юридические, эстетические). Подчеркивается связь «гендерной напряженности» в европейских литературах конца XVI – начала XVII в. с конкретными случаями женского трансвестизма. Анализируются взгляды Монтеня и Ф. Бэкона на женщину, а также позиция приемной дочери Монтеня Мари де Гурне – защитницы женского пола и сторонницы равенства мужчин и женщин.

  20. ИЗ ИСТОРИИ РЕЛИГИИ И ЦЕРКВИ


  21. Джон Колет, ересь, Эразм, лоллардизм, иконоборчество, церковь, епископат, реформа
    Цель статьи состоит в попытке верифицировать распространенный в историографии тезис о подъеме ереси лоллардов в Англии в канун Реформации на примере одного случая – обвинения в ереси декана собора св. Павла Дж. Колета в начале 1512 года. Автор анализирует свидетельства современников о преследовании Колета и его собственные сочинения на предмет обнаружения в них гетеродоксии. Анализ источников показал ортодоксальный характер взглядов Колета и негативное восприятие им ереси лоллардов. В 1511-1512 гг. в качестве судьи он принимал участие в процессах против лоллардов в Кенте. Казус с преследованием Колета показывает, что обвинения в ереси не обязательно связаны с реальной гетеродок-сией обвиняемых. Консервативная часть английского епископата в начале XVI в. использовала обвинение в ереси в качестве оружия в борьбе с любым нарушением церковной традиции и критикой в адрес клира.
  22. религия, церковь, верующие, вероисповедная политика, Дальний Восток России, репрессии, веротерпимость
    В статье рассматриваются процессы, протекавшие в религиозной жизни российского Дальнего Востока c конца XIX по конец 1980-х гг., отмечаются особенности формирования дальневосточного конфессионального пространства. Дальневосточные земли обживались людьми с разнообразными этническими и вероисповедными корнями. В конце XIX – начале XX в. из-за недостатка священнослужителей, храмов, трудностей жизни в осваиваемом регионе происходило ослабление православных традиций. В первой половине ХХ в. религиозность дальневосточников эволюционировала в сторону усиления в регионе позиций протестантских конфессий. Особое внимание уделено политике Коммунистической партии и Со-ветского государства, показано, что дальневосточное «религиозное подполье» было делом рук местных органов власти, объявивших религии настоящую войну.